Парадигма уголовно-правового мышления
Страница 2

Вместе с тем уголовно-правовые парадигмы имеют отдаленное сходство с весьма абстрактными нормативно-правовыми предписаниями, характеризуясь некоторыми индивидуализирующими их признаками: объектом, целями, сферой действия, интенсивностью и пр.

Субъекты уголовно-правовой парадигмы - это важнейший вопрос. Ими могут быть при жестком понимании парадигмы все лица (на индивидуальном уровне), которые проводят, пытаются провести от своего имени или участвуют в проведении уголовной политики в широком смысле слова, опираясь на относительно сформированное предпонимание, в том числе на уровне бессознательного. Различия между субъектами проводятся по: а) виду парадигмы; б) ее осознанности; в) возможности реализации в различных видах поведения в сфере уголовной политики.

Необходимость усиления исследования так понимаемых парадигм уголовного права, кроме высказанных выше самых общих соображений, объясняется следующими обстоятельствами:

- понятие парадигмы позволяет прежде всего в науке, но, как кажется, и в уголовно-правовом дискурсе в целом сжато и информативно идентифицировать интеллектуальные и психические процессы, оказывающие воздействие на уголовное право как социальный институт;

- сканирующий процесс познания крайне важен для страны, которая находится в состоянии трансформации, являющейся естественным ускорителем смены парадигм;

- опора на прежние парадигмы права в целом и уголовного права в частности стала затруднительной или невозможной, ибо, если считать практику критерием истины, они утратили свой авторитет и как минимум нуждаются либо в подтверждении на новой основе, что скорее всего, либо, что вероятнее, в смене;

- представления о парадигмах уголовного права перестали быть едиными - они поляризовались вследствие возникновения в обществе различных интересов и выражающих их центров влияния, а главное - различных позиций субъектов социально-правового мышления;

- проведение правовой реформы обязывает выявлять действительное, а не только формально провозглашаемое отношение участников правового оборота к праву и рассматривать их как соавторов, а не только адресатов уголовного закона.

Виды и взаимодействия парадигм уголовного права. В основе рассуждений о видах парадигм должен лежать внятный критерий их выделения и в качестве самостоятельных работающих, и при отграничении их друг от друга. Сформулировать такой критерий довольно сложно. В качестве исходного принимается интегральный критерий отношения общества, т.е. его властных структур, к использованию насилия, признаваемого легитимным. В частности, этот критерий определяется по параметрам целей и оснований, т.е. по содержанию уголовно-правовых запретов, их достаточности, интенсивности, переносимости, ресурсоемкости, результативности, а также по последствиям насилия, признаваемого легитимным.

Следует признать, что выделенные параметры насилия также довольно трудно описать качественно и количественно; еще сложнее верифицировать их оценки.

Но все же анализ устойчивых тенденций уголовного правотворчества и, главное, уголовно-правовой практики позволяет, на наш взгляд, выделить по критерию отношения и характеру легального насилия вытесняющие друг друга, но все же сосуществующие совместно, во всяком случае, частично, самостоятельные уголовно-правовые парадигмы, являющиеся тем самым и парадигмами воздействия на преступность. Эти парадигмы, на наш взгляд, имеют действительно специфическое содержание, в конечном счете программирующее социально-правовое и профессиональное отношение к насилию, а также несколько, но весьма действенно, и соответствующую практику.

Эти парадигмы в общем обзоре таковы.

Парадигма уголовно-правового подавления. Ее содержанием является нацеленность на уничтожение группы людей, естественно, всякий раз иного состава, которые объявлены врагами. В истории советской системы это лица, прямо объявлявшиеся врагами народа, меняющийся по составу круг лиц, преступники. Свойства данной парадигмы:

а) исторический оптимизм, который является обязательным для субъектов реализации парадигмы ("враги народа будут сметены, пусть земля горит под их ногами"), и заимствованный принцип неотвратимости наказания как основа неминуемой ликвидации преступности в условиях ликвидации человека человеком;

б) считающаяся бесспорной самолегитимация, фактическое отсутствие обсуждения в обществе либо навязывание обществу познаний, нужных власти, т.е. отсутствие сомнений в правоте, основанное на обладании истиной ("марксистское учение всесильно, потому что оно верно") и на идеологии (роль пролетариата, самый демократический суд);

в) минимизация расходования ресурсов за счет адресатов подавления (принудительный труд, максимально дешевые условия содержания и пр.);

г) отказ от анализа последствий (уровень судимости, влияние на демографические процессы и пр.);

д) осознанное искажение общественного мнения (приучение к образу врага, жестокости).

Парадигма подавления, нужно признать, наиболее последовательна. Она отвечает, вероятно, некоторым экзистенциональным свойствам человеческой психики и внешне хорошо аргументирована убедительными, но часто примитивными суждениями. Следование этой парадигме поглощает массу ресурсов, приводит к дестабилизации общества и в конечном счете к саморазрушению. Соответствующие правоохранительные структуры, последовательно руководствовавшиеся парадигмой подавления, находили народное одобрение. Однако исторически результаты оказались неожиданными. Охранительная политическая система, стоившая миллионов обвинительных приговоров и решений, рухнула. Адепты парадигмы подавления за охраняемый ими строй не вступились. Смягчение подавления привело к возвращению правопорядка в естественное положение, и произошел всплеск преступности.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7